СВОЙ СРЕДИ ЧУЖИХ — ЧУЖОЙ СРЕДИ СВОИХ. 9

Когда мне сообщат правильное имя? Ты ведь тоже в письме поставил после имени вопросительный знак, — по­стараюсь по мере сил принять во внимание Твои пожелания.

С наилучшими пожеланиями

Твой

Д. Кр. Реландер[1].

Татьяна Мятлева окончила свои дни в Праге в 1936 году — для нее, как и для большинства беженцев, Финляндия оказалась лишь промежуточным этапом.

К 1930 году в стране оставалось всего около 10 000 русских. По сравнению с Францией, где в это время проживало 400 000 рус­ских эмигрантов, или Китаем, где их было около 100 000 щ совсем не много[2]. Но некоторым и это казалось излишним.

В 1919 году парламентский представитель аграрной партии С. Алкио сделал официальный запрос: «Знает ли правительство, что в последнее время в нашу страну незаконно проникло большое количество подозрительных русских, присутствие которых в Фин­ляндии представляет опасность для нашего спокойствия и незави­симости, а также чувствительно увеличивает продовольственные проблемы нашего собственного народа. ...Если правительство ос­ведомлено об этом, то какие меры принимаются к предотвращению переезда сюда русских, а также для выдворения уже находящихся здесь?»[3]

К чести правительства, оно не пошло на уступки национали­стам. Премьер-министр Д. Ингман ответил на запрос примерно



[1] Там же. К. 17.

[2]  См.: Багимакова Н., Лейнонен М. Из истории быта русских в Фин­ляндии. Хельсинки, 1990. С. 15; Baschmakoff N., Leinonen М.Russian life in

Finland 1917-1939. Helsinki, 2003.

БА. Фонд «Особый комитет по делам русских в Финляндии». BOX6.