КРИСТОС. 9

 

Мать Кристоса грянула в доме Агны и Марии своим бледным ли- цом, словно сбежавшая от грозы молния. Кристос был ее громом. С книгой под

 

мышкой он уселся за праздничный  овальный стол ря- дом с Марией. Агна заполучила новых зрителей.

Бабка Марии в своей второй жизни сыграла пять главных ролей в кино, этого хватило, чтобы откатать произвольную программу вос- крешения,  не

 

снимая  итальянских  туфель-лодочек.  Олимпийский результат, да и только. Она давно сошла с кинематографических за- бегов на длинные дистанции.

 

Но болезненную потребность в зрите- ле не смогла усыпить до сих пор.

 

 

 

ЦЕНА ЗА НЕСОГЛАСИЕ

 

В этот день, сидя за столом, ломившимся от еды и слишком ре- альных, буквально хватающих за лодыжки приведений, Агна созна- лась в том, что

 

выгнала свою дочь из дома, когда та привела в него новоиспеченного своего мужа, отца Марии. Агна сожалела, что дочь испортила себе жизнь и

 

отличную партию в покер, которая была как

раз в разгаре в тот вечер. Большего ничтожества, чем ее зять, по ее словам, она не встречала со времен войны.

«Ничтожество!» Агна была уверена, что всем известно подлинное значение  этого слова. Мария кусала губы и теребила ткань своего платья, понимая,

 

что откровенность бывшей актрисе дается нелег- ко. Что она, возможно, приближает ее к смерти. Агна избавлялась от балласта, а это сулит

 

перспективу полета.

Этот ее рассказ предназначался  только для одного человека. Но она ни разу не взглянула в глаза внучки. Она рассказывала, преры- ваясь изредка на

 

тост за спасителя Курта. Мария не могла так бы- стро понять всего, что случилось с ее жизнью по причине изгнания ее матери из дома, но неожиданно

 

для себя пришла к выводу, что Агна любит ее и что она любила свою дочь в вечер изгнания. Пото- му что, как ни крути, но каждый пребывает в своем

 

праве.