КРИСТОС. 11

 

 

Мать  подарила  ему  голубку.  Она  была  белая  с черной  гривой. Гривун. Глаза — икринки. Перья — шелк. Тепло внутри и снаружи. Кристос прибывал

 

в бешенстве много дней и отказывался кормить птицу, давать ей имя. Почти все эти дни он ходил к лодке. Весна на- ступила на новой земле без

 

предупреждения.  Выпив весь снег, по- крывающий берега озера, за одну ночь. Теперь лодку он делил с Ма- рией. И немного злости тоже отдавал ей.

Голубка была для него предательством.  Он жил совсем другой птицей, существом-уродцем,  которого никто, кроме него, не смог бы  любить.  Любить 

 

безупречную  голубку  мог  кто  угодно.  Даже его отец. Кристос хотел, чтобы его любовь была единственной  в своем роде. Чтобы все говорили ему:

 

shame, shame, shame… Какое красивое слово, бархатное касание, а не слово. Кристос рассказал Марии о своей вере в холод и предложил  готовиться  к

 

мерзлоте вместе.

 

14

ЕГО  ЗВАЛИ КРИСТОС, И ОН ЕЕ УБИЛ

 

Мария любила море и песок, лето и часто вспоминала о своей со- баке. У нее было новые туфли. Мария прикипела к Агне и к лодке, в которой они

 

хоронили большую злость Кристоса.

Нельзя повернуть русла всех на свете рек в нужном тебе направ- лении, установила  Мария. Нельзя носить всю жизнь одни и те же туфли, решила она.

 

Невозможно знать, что за поворотом тебя ждет Курт Пурпурное сердце. Нельзя быть уж так уверенным, что птеро- дактиль не имеет отношения к

 

голубке, подаренной  Кристосу. Ка- кой прок в вечной мерзлоте, если после нее все начинается сначала? Жизнь пробивается сквозь лавины огня и

 

толщи льда. Мария при- зналась Кристосу, что тоже верит. Верит в море. А еще она верила в то, что однажды злость Кристоса совсем рассеется. Она

 

еще не знала, как и когда это произойдет, но она верила. Может быть, думала Ма- рия, это случится как-то странно или даже страшно.

У матери Кристоса снова был приступ. Но Кристос больше не ис- пытывал страх. Он взял белую голубку с черной гривой и положил в холодильную 

 

камеру. Мать успела нацепить  ей на лапку медное кольцо с именем. Она считала, что птица не может жить без имени.

Ее звали Петра, и он ее убил.