Русский космизм.

 

с первою, со стервою, с горящей красным шарфом в белой темноте в снежном танце кровью-шелестящей

Об авторе | Андрей Геннадиевич Поляков (9.06.1968, Симферополь), лауреат премии «Москва-транзит» (2003), шорт-лист премии Андрея Белого (2003, 2009), стипендия Фонда Иосифа Бродского (2007), премия Андрея Белого (2011), «Русская премия» (2014) и Премия имени Андрея Вознесенского «Парабола» (2014).Публикация в «Знамени» № 1, 2017.

в золотой астральной ерунде нижними лучами разводящей и сводящей — неизвестно где...

Я лежу в снегу и слышу голос:

«Русский Космос — звёздная тоска» и блондинки одинокий волос не снимаю с правого виска

II.    

снега столько что снег пошёл. И в нервах слышно: снег И снег, смотри. И снег пошёл куда-то в уход, в простор, в отверстые врата засасывающие Психею —

столько снега

что не хватает воздуха — вдохнуть и света — видеть то, что снег проходит в открытые врата, в провал, в пробел отбеливающий Психею —

Русский Космос и Русский Дионис внутри зимы а снег пришёл, и вот уже уходит и надо научиться жить теперь не так, как раньше — нет, не так, как раньше

III.    

простой снежинкой одинока на свете женщина жила

была блондинкой ради Бога какой-то Светою была

ребро Адама в самом деле а то — такая вот вода она была в моей постели почти когда-то иногда

 

Сейчас в слезах про эту Свету дурак в окно на снег смотрю подряд вторую сигарету курю — никак не докурю