По первому требованию.

Те, у которых были жены, были не так ограничены в возможностях в области высвобождения от лишних сбережений. Женщины по этому поводу более изобретательны, и в их груди мастер освобождения от сбережений способен дремать долгое время, не показываясь наружу за неимением случая, однако никогда он не угасает! Вот как произошло, что Длинный Б. Лонгли, под гнетом жены человек, покинул Чапарраль и приехал в город, чтобы испытать более тонких радостных моментов удачи. У него были сбережения где-то в несколько мил. долларов, которые постоянно увеличивались. Все собственные ученые звания герой приобрел в скотоводческом лагере и на тропе в степи. Везение, ясные мысли и меткий взор на скрытые в телке плюсы обеспечили ему рост от обычного ковбоя до владельца стад. Затем пришел бум в этой области промышленности, и удача, с осторожностью преодолевая колючие кактусы, опустошила чашу изобилия, на его ранчо.

 

 

Герой возвел себе шикарное поместье в небольшом городке на западе Чаппарозе. И тут он превратился в пленника, который был прикован к телеге светских обязанностей. Он вынужден был стать общественным столпом. Поначалу он сопротивлялся, как мог, затем сдался. Праздность удручала его, время было некуда тратить. Он создал в городе 1-ый Национальный банк и был назначен в качестве его президента. 

Вдруг в банк зашел неброский человечек, с тусклым цветом лица, в очках с большими стеклами, и подал в окно главбуха официальной формы бумагу. Спустя некоторое время все банковские сотрудники бегали и суетились, осуществляя приказы ревизора, который прибыл для проверки. 

Этот проверяющий, был очень дотошным. Завершив свою работу, он надел шляпу и посетил личный кабинет президента учреждения, мистера Р. Лонгли. 

 

- Как дела, спросил Билл. Нашли что-нибудь не по вкусу вам. 

 

- Отчетные данные учреждения в абсолютном порядке. И займы все произведены в соответствии с правилами, лишь за единственным пунктом. Здесь имеется один весьма неприятный документ — такой неприятный, что, кажется, никто не воображаете себе, в каком затруднительном положении Вы можете оказаться. Имеется в виду заем, в несколько тысяч долларов с уплатой по 1-му требованию, которую банк выдал Т. Мервину. Сумма значительно больше той наибольшей, что на основании закона банк может предоставить клиентам, однако при ней отсутствует поручитель и обеспечение. Так, вы два раза не соблюли правила о банках и преследуетесь уголовно. Если донести данную информацию Глав. контролеру, он стопроцентно отправит дело в департамент юстиции, и банк привлекут к ответственности. Дела очень трудные - сказал проверяющий. 

 

Б. Лонгли сидел в своем вращающемся кресле, выдвинув ноги и сцепив руки на голове. Не меняя положения, он немного развернул сиденье и посмотрел проверяющему в глаза. Тот с удивлением заметил, что строгий рот банкира перешел в добрую улыбку, и в его очах промелькнула ироничная искра. Если он и понимал тяжесть своей ситуации, по его поведению это не было ясно. 

 

- Ну да, естественно. Вы ведь не знаете Т. Мервина. Про данный заем у меня имеется вся информация. Обеспечения при нем отсутствуют, лишь слово заемщика. Однако я уже давным-давно понял, что если в слове, данном человеком можно быть уверенным, так это и служит наиболее надежным обеспечением. Да, я в курсе. Государство считает по-другому. Я вынужден, следовательно, посетить Т. Мервина по поводу данного займа - ответил Лонгли. Проверяющий стал так выглядеть, словно его опухоль неожиданно обострилась. Он с удивлением смотрел на спокойного банкира через собственные очки. 

 

- Знаете ли Вы, Том узнал, что на Рио-Гранде у Каменного брода реализуется стадо в 2000 голов по 8 $ за голову. Я так предполагаю, что это старый Л. Гарсиа перегнал их не законно через границу, и спешил продать. А в Канзас-Сити это стадо можно реализовать самое малое по 15 $. Том был в курсе этого, и я, в том числе. У него наличными было 6000, я и выдал ему еще 10, чтобы он мог совершить это дело. Его брат погнал все стадо на рынок еще несколько недель назад. Теперь уж скоро должен возвратиться. Принесет денежную сумму, и Том тут же выплатит долг - спокойно говорил Лонгли, не чувствуя, наверно, и малейшего сомнения в правдивости собственных мыслей. 

 

Проверяющий не мог поверить, собственным ушам. В действительности, он должен был, услышав все эти доводы, тут же зайти на почту и сообщить о факте Глав. контролеру. Однако он это не осуществил. Ревизор лишь сказал прочувствованные и насмешливые слова. Он повествовал несколько минут, и у него получилось вывести банкира до осознания, что он находится на обрыве смерти. А далее проверяющий предоставил ему небольшой спасительный вариант событий.  

 

- Вечером я отправляюсь в Хиллдэл, проверять их банк – сказал он банкиру. На обратной дороге посещу Чаппарозу. Завтра, в 12 часов, буду в Вашем банке. Если заем к этим часам будет выплачен, я не зафиксирую его в документах. В ином случае, мне придется выполнить свои обязательства. После этих слов проверяющий попрощался и ушел. 

 

Руководитель 1-ого Национального банка еще некоторое время сидел, неподвижно, в собственном кресле, затем закурил сигару и отправился в бюро Т. Мервина. Он, по внешнему виду скотовод в простых штанах, а по взгляду предрасположенный к созерцанию философ, сидел и делал кнут из ремней. Лонгли спросил у него, имеются ли новости о брате? Пока нет — сказал тот. Дней через 2-3, скорее всего, сам вернется. 

 

— Сейчас у нас в банке был проверяющий. Проверял все документы, как заметил твои бумаги, так и удивился. Мы-то с тобой в курсе, что тут все правильно, однако, это не соответствует закону. Я думал, что ты сможешь расплатиться до следующей проверки, однако ревизор пришел, когда его не ждали. У меня-то на данный момент отсутствуют наличные, а то бы я бы лично за тебя погасил долг. Он мне предоставил время до завтрашнего дня; ровно в 12 часов, я обязан или предоставить деньги вместо расписки, или… — сказал Билл.

 

— Я попытаюсь без опозданий принести тебе долг — сказал Мервин.

 

— Благодарю, направляясь к двери — ответил Лонгли. 

 

Мервин бросил на пол кнут и направился в другой банк в городе. Это стало  частное банковское учреждение Купера и Крэга. 

 

— Купер, мне необходима сумма в 10000 $. Сейчас или, не позже, завтрашнего утра. У меня имеется дом и участок земли, ценой в 6000 $. Это пока все мои обеспечения. Однако у меня на мази есть дело, которое спустя пару дней принесет в два раза больше. Пожалуйста, не отказывайте мне, я взял заем на 10000. С уплатой по 1-му требованию. Ну, и настало время, его потребовали. А с этим человеком, я жил под одним одеялом у костра в лагерях и на дорогах в степях. Он может истребовать все, что имеется у меня, и я отдам. Ему очень необходима эта сумма. Вы же в курсе, Купер, что во мне можно будет уверенным – сказал Мервин. 

 

— Без сомнений, однако, у меня имеется компаньон. Я не имею право один распоряжаться займами. А помимо этого, имелись бы у вас даже надежные обеспечения, мы в любом случае не могли бы выдать заем быстро. Как раз сейчас мы направляем 15000 $ семье Майерс для приобретения хлопка. Посыльный отправляется туда вечером. Так что пока наша касса без денег. Весьма жаль, но помочь не можем. Мервин вернулся в свою контору, и опять стал  плести кнут. В 4 ч. днем он пришел в 1-ый Национальный банк к Лонгли. 

 

— Постараюсь, Билл, принести тебе долг сегодня вечером, т.е. завтра утром. 

 

— Прекрасно, Том — сказал Лонгли. 

 

Вечером Т. Мервин тихонько вышел из собственного бревенчатого дома, который находился на краю города, и в это время тут не часто кого можно было увидеть. На голове у него была шляпа, за поясом 2 револьвера. Он торопясь шел по пустой улице и направился далее по дороге. В 2-х милях от города, у цистерны, где поезда набирали воду, он встал, закрыл половину лица темным платком и сдвинул шляпу ниже. Спустя 10 мин. поезд из Чаппарозы на Рокделл замедлил движение около цистерны. Держа в руках по револьверу, он выскочил из кустов и направился к поезду. Однако тут же чьи-то сильные руки схватили его сзади, подняли над землей и бросили в траву. В спину ему давило чье-то колено, сильные пальцы сдавили его запястья. Таким образом, его держали, пока машинист не взял воды и поезд, не исчез в тумане. Тогда его выпустили, и, встав на ноги, он заметил перед собой Б. Лонгли. 

 

— Это Том, больше, нежели нужно. Я вечером видел Купера, и он сказал мне, о чем Вы с ним разговаривали. Тогда я поспешил к тебе и увидел, ты куда-то направился с оружием. Ну, я за тобой и следил. Пойдем домой - сказал Логли. Они развернулись и направились к городу. 

 

— Я не смог иного придумать. Тебе нужен был долг, и я пытался исполнить договор. Однако что ты теперь, Билл? Что ты будешь делать, если завтра придет ревизор? – ответил Мервин.

 

— А что бы ты делал, если бы тебя сейчас схватили? — ответил Лонгли. 

 

— Вот уж не предполагал, что буду когда-нибудь сидеть в кустах и караулить поезд. Однако заем с возвратом по 1-му требованию для меня дело совершенно особенное. Если дал слово, то оно священно. Лонгли, у нас еще имеется 12 часов времени, пока ревизор к тебе не нагрянет. Необходимо любыми способами отыскать деньги. Не попытаться ли… Том! Слышишь?.. Мервин побежал быстро, и Лонгли за ним, хотя ничего будто не случилось — лишь откуда-то из ночи слышался свист: кто-то насвистывал песню «Жалоба ковбоя». — Он лишь только ее знает — ответил на бегу Мервин. — Спорим они уже у крыльца. Том быстро открыл двери и, споткнулся о чемодан, который стоял в центре комнаты. На постели лежал его брат, весь в пыли от дороги, и курил коричневую сигару. 

 

— Ну что? — произнес Мервин. 

 

— Да так, ничего себе. Только сейчас пришел вечером. Продал абсолютно всех. По 15 $. И хватит толкать ногами этот чемодан! В нем долларов на 29000, можно было, и обращаться с ним аккуратнее! - ответил брат.