Беспризорная кошка.

 

 

Обратишься к нему:

 

— Наше дело труба, Рябка! О как…

 

Он на это тяжко вздохнет, ляжет и голову на лапы опустит. И обеда уже не ждет, соображает.

 

Если я выплывал в море надолго, то  Рябку уговаривал хорошо сторожить дом, при этом трепал его по загривку. А когда отходил от него, то он поднимался на задние лапы, натягивал цепь и обнимал меня лапами. Крепко обнимал – словно совсем не хотел отпускать. Не любил долго оставаться один, ему было скучно и голодно одному.

Славный был пес!

 

II

 

А вот кошку я не держал, поэтому меня атаковали мыши. Портили развешенные на сушку сетки. Частенько попадались в сети и запутывались. И воровали, что ни положи в доме – мыши все равно утянут.

 

Пришлось идти в город. Решил, найду себе озорную кошечку, которая мне всех мышей переловит, а по вечерам будет мурлыкать и греться у меня на коленях. В городе долго бродил дворами, но кошек нигде не было. Совсем, ни одной.

 

Поспрашивал по людям:

 

- Может, у кого кошка есть? Готов купить, только бы кто предложил.

 

Но люди в ответ сердились:

 

- Не до кошек нам! Самим нечего на стол поставить, а уж котов кормить тем более нечем.

 

Были и такие, кто говорил:

 

- Был бы у меня кот, я бы его сам съел!

 

Надо же! Где же это все коты? Всегда их в городах было пруд пруди, а тут нет нигде. Оно и понятно, если в доме нет еды, то нет и мышей, а котам в доме без мышей делать нечего, вот и извелись в городе коты. А может, какого и люди слопали. Вернулся без кошки.  

 

III

 

С приходом зимы море у берега замерзло. Рыбалка стала недоступна. А я владел ружьем. Зарядил его и пошел вдоль по берегу. Подстрелю какого-нибудь кроля, они есть в прибрежных норах.

 

Глядь, а на месте кроличьей норы разрыт большой проход, для крупного животного. Я туда. Присел у норы, заглянул внутрь. Темень. Присмотрелся и разглядел в глубине две светящиеся точки. Точно глаза.

 

Что за животное там притаилось? Сорвал хворостину и засунул в нору. Из норы раздалось шипение. Я назад. Ух ты! Кошка! Вот куда из города перебралась.

 

Стал манить:

- Кис-кис-кис! Кисуня! - и руку в нору.

 

Кошка заурчала утробно, руку пришлось отдернуть. Злющая какая! 

 

Я дальше протопал по берегу. Много нор раскопано. Ясно. Кошки пришли из города, одичали и повыгоняли кроликов из нор, а сами на их место заселились, пошире раскопав  норы.

 

IV

 

Стал я размышлять как мне кошку переманить к себе жить.

 

Однажды встретил кошку на берегу. Серая, большая, морда лоснящаяся. Как меня узрела, мгновенно отпрянула в сторону и уселась. Зло на меня поглядывает. Напряженная, кончик хвоста вздергивается. Выжидательно смотрит, что я же я предприму. 

 

Я изъял из кармана краюху хлеба и кинул кошке. Она проследила куда упал хлеб, но с места не тронулась. Стала наблюдать за мной еще пристальнее. Я обошел кошку и стал удалятся оборачиваясь. Кошка прыгнула, схватила кусок хлеба и сиганула обратно в свою нору.

 

Так я стал навещать кошку, близко она меня не подпускала. Однажды в сумерках, я ее чуть не пристрелил – подумал, что это кролик.

 

V

 

С началом весны я снова пустился рыбачить и в доме воцарился запах рыбы. Услышал лай Рябчика. Не просто лай, а заливистый с подвыванием и подскуливанием, витиеватый вобщем. Вышел и увидел как к моему дому церемонно не спеша приближается большая серая кошка. Трудно было не узнать ее. Рябчика кошка никак не восприняла, вообще на него не посмотрела, больше концентрировалась на выборе сухих участков пути  к дому. Кошка меня заметила, присела, стала вылизываться.  Я бросился в дом, выбрал рыбку и бросил кошке.

 

Рыбу она ухватила тут же и прыгнула в траву. Стоя на крыльце, я наблюдал как быстро и жадно кошка поедает рыбину. Видать давно не лакомилась рыбой.

 

С тех пор она стала частой гостьей в доме

 

А я ее привечал и задабривал, зазывал жить. Кошка дичилась и меня все еще не подпускала к себе. Рыбу ухватит, сожрет и в бега. 

Однажды мне удалось ее погладить, и кошка замурлыкал. Рябчик тоже к ней привык и при ее появлении больше не лаял, только рвался дотянуться, обнюхать, познакомится.

 

Отныне кошка постоянно околачивалась неподалеку, но в дом, по прежнему, не шла.

 

Однажды кашка не пошла к себе ночевать, а осталась у Рябчика в будке. Рябчик кошку впустил, и даже гостеприимно выделил ей больше места.

 

VI

 

Рябчику было настолько скучно, что он рад был даже кошке

 

Однажды в дождь я увидел из окна, как Рябчик весь вымокший примостился возле будки прямо в лужу, но в будку не суется. 

Рябчик так скучал, что рад был кошке.

 

Раз шёл дождь. Я смотрю из окна — лежит Рябка в луже около будки, весь мокрый, а в будку не лезет.

 

Я вышел:

 

— Рябка! Ану в будку!

 

Он поднялся, виновато помахал хвостом. Морду воротит, мнется, в будку не залазит. 

 

Я подошел ближе и заглянул. Кошка развалилась через весь пол. Рябчик не лез в будку, чтобы не потревожить кошку, потому и мок под дождем.

 

Ему очень нравилось принимать кошку в гостях, он ее даже облизывать, как щенка пробовал, а она встряхивалась и фыркала.

 

Я наблюдал, как Рябчик лапами удерживал серую, а она вырывалась и шла по своим делам.

 

VII

А дела у нее были

 

Как-то я услышал странные звуки похожие на плач. Посмотрел, а Мурка с обрыва несется. И зубах у нее что-то есть. Подскочил и увидел, что она держит крольченка. Тот дрыгал лапками и верещал. Я его у кошки отобрал. Взамен дал ей рыбу. Кролика я выходил и он остался жить у меня в доме. Другой раз застукал кошку, когда она доедала большого кроля. Рябка на цепи глотал слюнки, глядя на эту картину.

 

Напротив дома была неглубокая яма. Из окна увидел: Мурка в яме скукожилась, глазищи вытаращила, рядом никого. Я наблюдал. Внезапно кошка вскочила и схватила ласточку. Собирался дождь как раз и ласточки летали низко, почти касаясь земли. А кошка тем временем устроила на них засаду в яме. Выжидала подолгу, пока мимо пролетит птичка – и хвать на лету.

 

Было и так, что я застал Мурку на море. Буря вынесла на берег ракушки. Кошка опасливо ходила по мокрым камням и лапой выгребала на сушу ракушки. Их она потом разгрызала и поедала слизняка, который там обитал.

VIII

 

Как-то на берегу появились дикие собаки. Много, целая стая. Они беспрестанно носились вдоль берега, озверевшие и изголодавшиеся. Гурьбой с лаем и визгом они промчались мимо моего дома. Рябчик весь подобрался, напрягся. Поглядывал злобно и рычал. Володька вооружился палкой, а я вынес из дому ружье. Но собаки пронеслись стороной и вскоре лай стих

 

Рябчик еще долго был возбужден и насторожен, ворчал и смотрел в сторону, где скрылась стая. А Мурка ничего, вальяжно вылизывалась на солнышко, словно ничего не произошло.

 

Я обратился к Володе:

- Что-то Мурка ничегошеньки не боится. Появятся собаки – она взберется на столб, а там на крышу.

 

Володя ответил:

 Рябчик в будку спрячется и там от любой собаки отобьется. Я в доме запрусь. Боятся не стоит.

 

Я пошел в город.

 

IX

 

А когда возвратился, то Володька поведал мне:

 

— Как ты ушёл, даже часу не прошло, прибегали дикие собаки. Штук восемь. Накинулись на Мурку. Так Мурка не убежала от них. У Мурки под стеной, в углу дома, ну знаешь, кладовка. Она туда ныкает объедки.

 

Там уже много чего понатаскано. Мурка туда поспешила, зашипела, даже привстала на задние лапы и приготовила когти. Как собаки сунулись - так Мурка заработала лапами — собачья шерсть так и полетела. Псы визжат, воют и по головам лезут к Мурке, во всю дурь карабкаются!

 

— И чего дальше было?

 

— Да я не видел. Я в дом побежал за ружьем, а потом стал прикладом собак бить. Там так все смешалось и мельтешило, что не разобрать, думал от Мурки только клочья останутся. Я чуть приклад об собак не сломал, так отбивался. 

 

— Ну, а Мурка?

 

— А она сидит у Рябки. Он её зализывает. Вместе они в будке.

 

Я к будке. Так и есть. Рябка свернулся кольцом, а в кольце том лежала Мурка. Рябка её вылизывал и злобно поглядывал. Видимо, опасался, что я помешаю — заберу Мурку.

 

X

 

Через неделю Мурка поправилась окончательно и взялась за старое - за охоту.

 

Ночью мы внезапно проснулись от истошного лая и визга.

 

Володька выбежал из дома во двор и закричал:

 

— Собаки, собаки!

 

Мигом я взяв ружье, выбежал к Володьке.

 

Целая свора собак клубилась в углу. Было так шумно от лая и визга, что меня они просто не услышали.

 

Я сделал выстрел в воздух. Собаки кинулись прочь всей стаей. Сделал еще один выстрел им вдогонку. Рябка на цепи с ума сходил, бросался, дергался, но цепь прочно его удерживала. А он хотел броситься в погоню за стаей.

 

Я позвал кошку. Она мяукала и наводила порядки у себя в кладовке: зарывала ямку.

 

В доме я произвел осмотр кошки. Она была сильно искусана собаками, но раны не были опасными для ее жизни.

 

XI

 

Как-то я обратил внимание, что Мурка растолстела – скоро у нее появятся котята

 

На ночь я попытался оставить ее в доме, но кошка так царапалась и сопротивлялась, что я все же ее выпустил.

 

Мурка привыкла к свободе и в доме ей было неуютно.

 

Но оставлять кошку без надзора было нельзя. Собачья стая зачастила в наши края. Если они прибегут, а нас с Володькой в это время не окажется дома, собаки загрызут Мурку. Мы решили, что Мурку на время нужно отвезти подальше. Посадили ее в лодку и поплыли к знакомым рыбакам

 

Отвезли ее далеко, собаки туда точно не доберутся. Там много рыбаков проживает и у них есть невод. Каждый день они вытягивают невод на берег. У них хватает рыбы. Они очень тепло нас приняли, а Мурке так и вовсе обрадовались  как дети. Рыбы ей отвалили вдоволь. Я предупредил, что кошка в дом не захочет пойти, для нее нужно соорудить иное жилье – нору, именно под стать ее вольной натуре. Из камыша ей смастерили домишко, и Мурка стала сторожить невод от нападения мышей.

 

Мы с Володькой поплыли домой. Рябка долго скулил и плаксиво лаял; ругал нас с Володькой: куда мы подевали Мурку?

 

Прошло лето и только осенью мы собрались навестить Мурку.

 

XII

Мы прибыли утром, к тому времени рыбаки вытаскивали невод. Море в тот день было спокойное, вода без единой ряби. Вместе с рыбой в невод попалось много крабов. Они очень цепкие из-за своих клешней. С виду напоминают больших пауков, они очень прыткие. Бывает встанут дыбом и клацают клешнями – защищаются. Уж если за палец цапнут, то до крови. Среди всей этой утренней суеты я заметил Мурку. Невозмутимо она двигалась среди крабов, ловко расчищая себе дорогу. Цепляет краба сзади лапой и отшвыривает прочь. Крабы возмущенно на нее клешни наставляют, запугать пытаются, но Мурка разбрасывает их как гальку из-под лап.

 

Поодаль расположились котята, их было четверо, к неводу они не подходили и только боязливо наблюдали за происходящим. Мурка по шею забралась в воду. По дну перебирает лапами. Щупает, где есть мелкая рыбка, которая не удерживается неводом. Мелкие рыбешки пытаются зарываться в песок. И там их ловит Мурка, а потом вышвыривает на берег – котятам. Котята уже довольно взрослые, но бояться промокнуть, сидят на сухом. Мурка им рубку свежую бросает, и они охотно ее пожирают. Вот так охотнички.

 

XIII

 

Рыбаки Мурку очень нахваливают:

 

—Вот так кошка! Бравая кошка! А котята совсем не такие. Балбесы и лодыри. Сидят как хозяева и ждут, чтобы им в рот рыбу положили. Рядком расселись как! Поросята, а не коты. Ишь развалились. 

Брысь!

 

Коты совсем не отреагировали на критику рыбака, даже не пошевелились.

 

— Котов только из уважения к Мурке терпим. А так выгнать бы их стоило.

 

Коты так обленились, даже с мышью лень играть.

 

XIV

 

Видел я как Мурка им приволокла мышь в зубах. Хотела им охотничий инстинкт привить, научить ловить мышей. Коты лишь лениво перебирали лапами и елозили мышь, так она от них удрала. Мурку снова ее поймала и принесла котам. Но они не заинтересовались. Им бы на солнышке полежать, да поесть. 

 

- Гляди какие сынки у мамы-кошки – сказал Володька. – даже смотреть тошно.

 

Но коты лишь лениво перевалились с бока на бок.