Купидон.

 рекомендуем технический центр

- Как бы это все выразить. Сейчас соображу. У меня есть одна черта, которая приносит вред. Она может звучать как что-то полезное, но уверяю вас господа, это совсем не так. Я глубже смотрю на вещи, чем кто-либо. Я уже был оратором на многих улицах Соединенных Штатов, я уже пронюхал бензина от выхлопных труб. Я увлекал людей музыкой, я вел с ними беседы. Я показывал фокусы, и кроме всего этого торговал с ними. Продавал я им все что угодно. Начиная мылом и лекарствами, и заканчивая ювелирными изделиями. И все было очень хорошо, но скучновато. Одно и то же. И поэтому я решил начать заниматься изучением женщин. Но это не так просто, как кажется. Чтобы раскусить одну женщину, вам понадобится уйма времени. Это может занять даже не год, а десятки лет. Много полезного в этой области познания, я приобрел во время расцвета Оклахомы. Город Гатри был центром этого штата, и он стремительно рос. Это было нечто, называемое «бум». В этом городке жизнь была непростая. Чтобы умыться, нужно было выстоять огромную очередь, если, к примеру, вы просидели больше десяти минут в ресторане, то на вас налаживали штраф, за простой места. Когда вы ночевали в отеле, и при этом спали на полу, утром вы получали чек на счет оплаты полных апартаментов. Не легкие времена. 

рекомендуем технический центр

От природы мне далось то, что я не могу есть в каких-либо забегаловках. Мне нужно найти именно то место, которое придется мне по душе. Посмотрев по сторонам, я заметил новенькое заведение, которое открыла приезжая семья, услышав о взорвавшемся буме. Они на быструю руку сколотили свою хижину, и поставили палатку. Палатка как раз и была местом ресторана, а их дом был, как бы, кухней. У них на палатке висела уйма плакатов, которые служили вместо рекламы. Там были зазывающие предложения, которые должны были затянуть уставших с дороги путников именно в их ресторан. Я тоже подумал, что бродяге моей мамы нужно съесть чего-либо на вечер. Так все и произошло. И именно здесь я повстречал Мейми Дьюган. 

Стрик Дьюган, высокий бездельник, валялся в кресле качалке и что-то ворчал о прошедших восьмидесятых. Мама Дьюган, была поваром, а Дьюган была официанткой. Когда я впервые увидел Мэйми, я сделал для себя вывод, что кроме нее нет девушек в Соединенных Штатах Америки. Она была одна. Если ее описать, то описание будет звучать приблизительно так. Ростом она была как ангел, глаза ангельские, и ангельская походка. Чтобы еще более вам ее описать, я приведу пример. Эта девушка была похожа не тех девушек, которые работают в ресторанах на подаче. Они прямые наследницы Евы и взяли от нее самое лучшее. Если вы думаете с ними спорить, то можете смело получить пощечину. Они отличные товарищи и друзья. Они могут прямо смотреть в глаза, говорить правду. Они дерзкие и в то же время они нежные. Они хорошо знакомы с мужчинами, и сделали для себя вывод, что это убогие и жалкие существа. Они уверенны в том, что описания мужчин, о которых упоминается во всяких сопливых романах, не более чем миф. Именно таким человеком была Мэйми. Она смеялась, излучала позитив, и просто со смеху можно было умереть от того, как она отвечала гостям. 

Извините, но описать вам мои чувства к Мэйми я не могу. Не из-за того, что я не хочу. Я просто придерживаюсь определенных принципов. Я считаю, что описи любви должны быть в каких-либо сопливых журналах, но никак не в рассказе. Это как личная зубная щетка. Просто не интересно. 

Вскоре у меня выработалась привычка приходить в эту палатку в определенное время, когда поменьше народу. Мэйми подходила и ласково улыбалась. Одета была в черное платье и белый фартук, и часто называя меня Джефом, говорила о том, почему я опаздываю. То, что она называла по имени, меня не выделяло. Это не значило, что я ей не безразличен. Она всех называла по именам, чтобы хоть как-то отличать нас друг от друга. Она перечисляла меню и так далее. Я обычно ел два обеда. И старался их есть, я как можно медленнее. Это было похоже, будто меня пригласили на обед в высшее общество и есть быстро там неприлично. Мэйми это пропускала мимо себя. Не в ее интересах было закатывать из-за того, что я опоздал скандал, и потерять из-за этого всего нажитый доллар. 

Прошло немного времени, как в палатке появился еще один человек. Это был Эд Коллиер. Он, так же как и я, поймал момент, когда наименьшее количество посетителей и превратил палатку в арену. В центре действия были я, он и наша Мэйми. Мэйми работала на двоих, и времени на себя у нее не оставалось. Колиер был не просто простяком. Он имел хорошие манеры, и в его силах было располагать к себе людей. Этим он, конечно же, пользовался. Работал в сфере бурения колодцев, или какого-то страхования, в общем, не столь важно. В палатке началась жестокая битва. Каждый пытался ухаживать, и бедная Мэйми металась от стола к столу и ласково улыбалась то одному, то другому. Это было похоже на игру в карты. Она сдавала карты. Одну мне, одну моему сопернику. И одну себе. Все было чисто, без шулерства. 

рекомендуем технический центр

С Коллиером, я, разумеется, познакомился, и бывали времена, когда мы даже общались с ним вне палатки. Без своих хитростей, он был довольно не плохим парнем. И казался даже забавным. 

- Я заметил, что вам нравится сидеть в зале тогда, когда все люди его покинули, - сказал я, чтобы проверить его реакцию.

- Да, это правда, - сказал Коллиер задумавшись, - мне не нравится шум и давка. Просто не переношу это. 

- Мне тоже, - ответил я ему. – Впечатляющая девчонка, не находите?

- А, так вот вы к чему все это, - сказал, улыбнувшись, Коллиер, - я отвечу вам тем, что она не портит мое впечатление и никак меня не раздражает. 

- А мне она ужасно нравится, - сказал я, - и я намерен добиваться ее. Поэтому я вам это сообщаю.

- Ну, я тоже буду с вами честен,- сказал Коллиер, - я принимаю ваш вызов, и я вам обещаю, до финиша вы не дойдете. А если и дойдете, то сил уж точно не будет. 

Так и началась наша борьба. Мэйми постоянно нам прислуживала, а повара неустанно готовили еду. 

Наступил сентябрь, и как-то у меня вышел случай, пригласить Мэйми пройтись прогуляться со мной после того, как она уберется в ресторанчике. Она согласилась. Мы немного прогулялись и уселись на бревна. Такой шанс был дан мне лишь раз, и я это понимал. И я начал ей рассказывать о том, что я работаю на добыче бразильских брильянтов и что у меня не плохой доход, которого действительно хватит для того, чтобы прокормить две головы семьи. И что ее фамилия Дьюган не созвучна с ее именем, и она должна взять фамилию Питерс. Но если она не согласна, то я требую пояснения, по какой причине. 

Мэйми молчала. Затем она противно дернулась и начала мне говорить поучительно:

- Джефф. Я сожалею о том, что вы это сказали. Вы мне симпатичны, все, абсолютно все. Но поймите меня. Нет в мире такого мужчины, кто станет моим мужем. Для меня мужчина это саркофаг. Это ящик для съедания яиц, бифштексов и прочей дряни. Не более. Мужчина, это человек, сидящий за столом с открытым ртом и накалывающий вилкой разную пищу. Вот что для меня мужчины. Они в моем сознании лишь потребители пищи. Я не смогу так жить. Я один раз пришла на спектакль, и там был актер, и все сходили по нему с ума. А я думала лишь о том, что он любит есть. Не более. Да и каждый день смотреть на то, как он приходит, ест, потом уходит, потом снова приходит. И снова ест. Я не смогу так. 

- Мэйми, - говорил я, - все пройдет. Это все из-за вашей работы. Вы по любому выйдете замуж. И тем более мужчины не все время едят. 

- Насколько мне известно, всегда. Стоп. Хотя я знаю, чего я желаю, - сказала Мэйми с каким-то блеском в глазах. – Есть одна девушка, она моя подруга. Она работает в буфете, который находится на вокзале. И так вот. Когда-то я работала там в течении двух лет. Сьюзи настолько опротивели мужчины, что и предела нет. Одно дело ресторан. В буфете они все спешат, и при этом, с полным ртом еды пытаются еще и флиртовать. Жалкое зрелище. Потом они еще и давятся, ужас! Так вот. Мы с ней решили. Мы собираем деньги, и как только насобираем достаточно, то уедем куда подальше. Купим там землю и домик, и будем выращивать фиалки. И пусть только к нам подойдет какой-либо из рода мужского, со своим проглотским аппетитом.  

рекомендуем технический центр

- А что, девушки никогда не…, - начал было я, однако Мэйми меня перебила. 

- Нет! Никогда. Бывает, погрызут что-то, больше ничего.

- А я предполагал, конфе…

- Джефф, хватит, - сказала Мэйми.

Как я писал выше, все это доказало мне то, что женщины вечно живут в иллюзиях и постоянно стремятся в них попасть. Если посмотреть на Англию, и Германию, то их создали сосиски, бифштексы, но никак не воображаемые девушками Шекспиры и Рубинштейны. 

Именно это доказало то, что девушки неизменимы с течением веков. 

Этот факт мог расстроить кого угодно. Я не мог представить того, что с Мэйми придется порвать. Однако с едой расставаться я тоже не хотел. Это было мое я. За свои 27 лет я превратился в истребителя пищи, который бы скорее задохнулся, ежели не положил в рот хоть кусок чего-то вкусного. Меняться мне было нельзя, да и поздно. Я мог бы даже поспорить, что если бы я перестал есть, смысл моей жизни бы закончил свое существование. Но я верил в любовь. Я верил в то, что она может перебороть принципы Мэйми и она смирится надо мной и забудет о своей ненависти к мужчинам. Я все так же продолжал молоть еду и скрывать ее в глубине своего внутреннего мира. Но каждый раз, когда передо мной стояла Мэйми, и я засовывал себя какую-то еду в рот, я чувствовал, что я сам себе рою могилу, но, увы, никак по-другому я поступить не мог. 

Коллиер, по всему  видимо, так же как и я открылся Мэйми и в ответ получил тот же бред. По крайней мере, был день, когда он как барышня, заказал себе один сухарь и начал его грызть. Я поступил так же. Я заказал сухарь и кофе. На следующий день мы повторили этот трюк, но Мэйми не было. К нам на встречу вышел старый Дьюган, который нес роскошный обед. 

- У вас что? Отсутствие аппетита? – спросил он с сарказмом. – Решил дать отдохнуть Мэйми. А у вас столик не трудный, хоть я и старый, но в силах его обслужить. 

Так я и Коллиер снова начали поглощать тяжелую пищу. Я сразу же заметил, что в течении двух сухареных дней, у меня появился нереальный аппетит. Я так ел, и так сильно запихивал в рот еду, что увидь это Мэйми, она просто бы возненавидела меня. А произошло это от того, что Коллиер сыграл надо мной злую шутку. Как я позже узнал, то каждый раз, когда мы с ним вместе выпивали в одном баре, он подкупал барменов, и те насыпали мне в выпивку аппетитную сыворотку. Но это было еще пустяком, тот подвох, который он сделал мне последним, был действительно незабываем. 

Случилось так, что однажды Коллиер не посетил палатку. Мой знакомый, который также знал и его, сказал, что он уехал. Так я остался один на один с Мэйми и обеденным меню. До того как уехать, он подарил мне виски. По его рассказам, ему передал его двоюродный брат. Будто это оригинальный и чудесный виски. Сейчас я думаю, что это была сплошная анакондовая аппетитная горькая. Я все также ел не в силах утолить свой голод. Для Мэйми в этот момент я как раз и был простой мясорубкой для еды. 

Прошла неделя. Коллиера давно не было, и в город приехала выставка. Что это была за выставка, я до сих пор так и не понял, но суть не в этом. 

Однажды вечером я навестил Мэйми. Но вместо нее вышла мама Дьюган и сообщила мне, что Мэйми и ее младший брат ушли на выставку. Так повторялось три раза. Но все же, я смог ее перехватить. Произошло это как раз тогда, когда она возвращалась домой с выставки. И на мое удивление, это была не та Мэйми, которая твердила мне о ничтожестве рода мужского. Передо мной сидела Мэйми, готовая для того, чтобы купаться в лучах бразильских бриллиантов. В ее взгляде было что-то необычное, ее глаза очень блестели. И было в ней что-то такое нежное. 

рекомендуем технический центр

- Вам, кажется, очень нравится эта выставка, правда? – спросил я. 

- Это такое развлечение, - отвечала мне Мэйми. 

- Вам вскоре нужно будет искать другое развлечение, чтобы отвлечься от этого развлечения, - сказал я с улыбкой. 

- Не говорите так! – говорила она. – Мне это помогает хоть как-то отвлечься от кухни. 

- Там никто не есть? 

- Мало кто. Там восковые фигуры. 

-Глядите, чтобы не прилипли, - сказал я, без всяких намеков, просто валяя дурака.

Она покраснела. Я не знал, как это нужно было понимать, но мне показалось одно, что я растопил ее каменное сердце. Мне показалось, что она перестала видеть в мужчинах сплошных поедателей пищи. Она начала рассказывать мне о звездах, я же, в свою очередь, что-то промямлил про созвездия сердец, и о том, что существует вечная любовь. Она слушала меня с большой внимательностью. И тогда я точно понял, что я растопил ее сердце, и мне это не показалось. Я смог приучить ее тем, что я был прост, и постоянно старался быть рядом. И в понедельник я снова решил ее навестить, но ее как обычно не было. Она с братом снова покинула дом и направилась на выставку. 

«-Чтобы она провалилась, эта чертова выставка, - горланил я про себя». 

Я решил, что завтра я лично пойду на эту выставку и узнаю, что так покорило Мэйми. И сначала я решил зайти узнать о Мэйми, ушла ли она в этот раз. Она ушла, однако без брата, так как он уже сидел у палатки на траве и готовился предложить мне сделку. 

- Джефф, Что я могу получить взамен от вас, если я поделюсь с вами очень интересной для вас информацией, - спросил он у меня.

- Скажи, сколько это будет стоить, малой, - спросил я. 

- Моя сестра влюбилась в одно чудо, - сказал мне ее брат, - это чудо из выставки. Он мне вообще не нравится. А она влюбилась в него. Я узнал это, когда подслушал их разговор. Я просто подумал, что эта информация составит для вас некий интерес. Поэтому я хотел спросить. Для вас два доллара за это много? И еще, я видел в городе в магазинчике ружье, его можно…

Я полез в карманы. Набрав там жменю серебра, я бросил его в руки Томасу и, пытаясь улыбаться, сдерживая всю злость и обиду, приговаривал:

- Спасибо, Томас. Большое спасибо. Ты говоришь это чудо? Да? Ну, а в чем он чудесен этот урод? 

- Вот этот человек, - говорил Томас, - это чемпион мира. Он первый в мире по посту. Этот человек абсолютно ничего не ест.

 На желтой бумаге палец брата Мэйми указывал на Эда Коллиера. 

- Он будет держать пост и ничего не есть в течение сорока пяти дней. Уже пошел шестой, - продолжил Томас. 

- Вот оно что. Хитро придумано. Эд Коллиер! Но девушка будет моей. Я не отдам ее вам. 

рекомендуем технический центр

Я побежал к выставке. Когда я уже подошел к выставке с задней стороны, из палатки в темноте вынырнула сущность, и направилась на меня. Я схватил ее за воротник и придвинул поближе к себе, чтобы рассмотреть. Передо мной был Коллиер. Он был злобен. 

- Ну, привет, чудо! – сказал я ему. – Дай я немного рассмотрю тебя. Не каждый день увидишь чудо нашей планеты, не так ли?

- Питерс, отпусти меня, иначе получишь по лицу. Я очень занят и в данный момент я спешу, - сказал мне Коллиер еле слышным голосом. 

- Полегче, дружок, – говорю ему я и, не отпуская от себя ни на шаг, - дай мне налюбоваться твоей физиономией. Давно же не видел тебя. Ты устроил хитрую игру. Но знаешь, мордобой это не твое. Ты и так был слаб, а сейчас ты кроме своего пустого желудка ничего не можешь мне предложить.

И я действительно был прав. От того, что Коллиер не ел, он еле держался на ногах. 

- Джефф, - говорил он слабым голосом, - я мог бы очень долго и нудно спорить с тобой на эту тему, однако мне нужно идти. Ты больше не сможешь видеть меня на сцене этой выставки, так как я ухожу. Я скрываюсь, потому что более не могу выдерживать голода. Я ненавижу того, кто вообще это придумал. Я хотел схитрить, я решил выполнить план, и как ты понимаешь, я верил в успех. Но я слабее этого. Все эти шесть дней, что я не ел, я просто схожу с ума. Да, Мэйми чудесная девушка, мне она нравиться и я старался ей понравиться. Однако я не могу голодать. Знаешь, нет любви. Нет такой любви, за которую можно отдать жизнь и из-за какой люди, которые в браке, и имеют противность друг другу, просто живут, не думая о разводе. Все это еда. Только из-за еды муж не бросает жену, которая ему давно осточертела. И я голодаю. Я один раз выхватил у одного участника выставки бутерброд и съел, там меня лишили всего моего жалованья. Я срываюсь, Джефф. И дальше так не могу, никак. Я шел не ради денег, а ради того, чтобы заполучить сердце прекрасной девушки, но с пустым желудком я этого сделать не могу. 

рекомендуем технический центр

Все это мне высказывал Эд Коллиер. Его диагноз был понятен. Его сердце боролось с желудком. Но в конечном итоге желудок взял верх над его чувствами. Я собрался с мыслями, и хотел закатить какую-нибудь утешительную речь, но подходящих слов я так и не нашел. 

- Прошу тебя, теперь сделай мне одолжение, - говорил мне Коллиер, - дай мне уйти. Я и так повержен, и ты не представляешь насколько. Очень сильно. Меня судьба победила. Но у меня еще есть немного сил. Я зайду во все забегаловки этого города, и всех блюд не хватит, чтобы меня накормить. Я даже сейчас чувствую, как где-то вдали падают на тарелку куриные крылышки, как жарится вкусная яичница. Джефф, это ужасное чувство. Никогда, слышишь, никогда не стоит ради девушки отказываться от этого наслаждения. Это наша сущность. Мои ноги так и сулит понести меня в какое-то место, где много жира и пахнет жареным. 

- Приятного аппетита, - сказал я Коллиеру, - и еще, не сердись. Я такой же. Я сам вырос и являюсь заядлым потребителем пищи. И я понимаю твое горе. 

И как будто на крыльях, Коллиер вспорхнул и улетел туда, где жарится ветчина. 

Вот вам и Коллиер. Хитрый человек, который готов был идти на все, чтобы похитить у меня Мэйми, сдался и бежал набивать свой желудок. Все романтики и поэты, которые писали и так восхваляли такое чувство как любовь, были бы повержены от этого. Любовь уничтожена голодом. Если ты влюбился, то верным способом избавиться от этой дури в голове, стать голодным. Как рукой снимет. И так как Эда не было, а Мэйми была внутри, мне было интересно, насколько сильно она в него влюбилась. Я вошел внутрь и увидел ее. Она меня тоже увидела и слегка удивилась. Но ничего необычного не показалось. 

рекомендуем технический центр

- Какой красивый вечерок, - начал я, - так прохладно. Звезды так ярко и красиво светят на небесном одеяле. Не желаете ли вы, Мэйми, бросить все это и пойти прогуляться со мной. С обычным человеком, который не присутствует в этой программе? 

Мэйми косо посмотрела в мою сторону. Я понял намек. 

- Эх, как бы это сказать, - продолжил я, - как мне не грустно это вам сообщать, но ваша воздушная достопримечательность, которая ест один воздух, смылась на круги своя в поисках чего пожирнее.

- Вы говорите об Коллиере? – переспросила у меня Мэйми. 

- Да, именно о нем, - ответил я, - и хуже всего то, что он не смог закончить своего дела. Он сдался и превратился во все поедающую саранчу. 

Мэйми начала пристально смотреть в мои глаза. Затем, когда она прочитала мои мысли, она сказала:

- Джефф, вы странный. Вы совсем не такой как ранее. Так позорить вашего товарища. Да, пусть то, что он делает, может показаться вам смешным. Но для меня это подвиг. Этот человек делает это ради меня. Он смог побороть в себе это гадкое чувство и бросить есть. Вот если вас взять, вы бы смогли так поступить? Ради девушки? Смогли бы или нет?

Я понял то, о чем она мне говорила. 

- Понимаю, - сказал я, смиренно опуская голову, - но я грешен. И грешен буду до конца своих дней. Еще Богом заложено во мне это, и я не вправе с ним бороться. Ничего не могу с этим поделать. 

Она немного расслабилась. 

- Мы с Эдом очень тесно общаемся. С вами мы так же хорошо общаемся, - говорила Мэйми, - но когда он спросил меня, я дала ему такой же ответ, который от меня услышали и вы. Я любила проводить с ним время, а тем более, я была так рада, что нашелся человек, который бросил ради меня вилку и нож и перестал поглощать еду массовыми количествами. 

- А вы его любите? – спросил я не в тему. – Либо у вас с ним уговор?

Так бывает всегда. Мы всегда вставляем не те пять копеек во время разговора, что портят все отношение к нам. Так было и тогда. Мейми слишком любезно улыбнулась и холодно сказала:

- Вы не имеете никаких прав, чтобы спрашивать это у меня, мистер Питерс. Для начала, вам нужно выдержать голодовку в течение одного с половиной месяца. Потом, я решу, говорить вам это или нет. 

Вот как вот и получилось. Я избавился от своего соперника, но тем самым получил еще одну проблему, которая была намного хуже. На получение руки Мэйми, я уже даже и не надеялся. Однако это было не единственной проблемой. Дела в Гатри начали быстро спадать. 

рекомендуем технический центр

Я был в нем слишком долго. Ужасная, дождливая погода не давала мне возможности затопить растопку. Так как я путешествовал в фургоне, то я принимался определенного правила. Я заезжал в маленькие города и работал там. После всего этого я его покидал и искал новый город. Вот произошло так, что я запряг лошадей и ехал попрощаться к Мэйми. Однако уезжал я не навсегда. Я планировал неделю, с две, побыть в другом городе и вернуться обратно, начав приухаживать за ней с двойной силой. 

И что произошло? Приехал я к Дьюганам, и вижу Мэйми. Все такая прекрасная, расхорошая. Стоит у двери в синем платье, и возле нее стоит сундучок. Как оказалось, она едет на свадьбу своей подруги машинистки, что живет в Оклахоме. А я как раз собирался туда. И вот, ей нужен фургон, который отвезет ее вещи туда. Я, быстро подумав, предложил свои услуги. Мама Дьюган согласилась, так как бесплатная помощь никогда не помешает и я, закинув вещи Мэйми, отправились в путь. 

Утро было чудесным. Зайцы прыгали по полю, ветерок дул прохладный, солнце ласково светило в лицо. Мэйми разговаривала. Она была словно маленькая девочка. Даже голос казался каким-то юным. Она рассказывала о своей бывшей родине, о злых подругах. Она не говорила о том, что ненавидит мужчин, не говорила о еде и о Коллиере. День был просто чудесным. 

рекомендуем технический центр

Был обед. Мэйми открыла свой сундучок и посмотрела в него. Она еще раз убедилась в том, что она забыла свой тормозок дома. Я тоже очень хотел есть. Однако Мэйми не расстроилась и приняла вид, будто ничего плохого не произошло. Я тоже решил, что лучше не подавать виду, так как эта больная тема мне давно известно. 

Я хочу сделать некоторое предисловие дальнейшему. Мы заблудились. Но это произошло не специально. Все дело в том, что было темно, да и лил очень сильный дождь, да и вообще, само присутствие Мэйми сбивало меня с толку. Мы были на какой-то реке, везде был лес и куча травы. Дождь, не переставая, заливал все кругом. Нужно было что-то делать. И тут я увидел домик. Он был деревянный и очень старый. Стоял посреди каких-то редких деревьев. Я понял, что этот домик должен нас спасти от ливня. Я сказал об этом Мэйми. На удивление, она очень спокойно отреагировала, так как, скорее всего, была уверенна, что это не специально. Она сказала, что дает полное право решать все вопросы. Она была другой, не такой как большинство девиц, которые по любому бы начали вопить. 

Дом был не жилым. В доме было 2 комнаты, которые были абсолютно пустыми. Во дворе находился старенький сарай. Он был старым, однако в нем лежал еще прошлогодний запас сена. Я завел в него своих лошадей, которые грустно смотрели на меня, якобы прося того, чтобы я извинился перед ними. Я дал им сена, и взял немного, чтобы потащить в дом, так как нам нужно было где-то моститься. Так же я внес туда растопки и бриллианты, так как я толком не знал, как на них повлияет дождь. 

рекомендуем технический центр

Мы с Мэйми сели на подушки, которые положили на полу. Я взял растопки и бросил их в камин, затем разжег, так как ночь была очень холодной. Как мне тогда показалось, это веселило ее. Она смеялась, много о чем рассказывала. Ее глаза, как по мне горели намного ярче, чем те же растопки. Я взял с собой пачку сигар, и чувствовал себя просто на коне. Открыв гросс, я достал все ожерелья, что были у меня. Я достал кольца, серьги, браслеты и попросил Мэйми надеть их. Она с радостью надела то кольцо, то браслет, затем ожерелье, и в конечном итоге покраснела и попросила у меня зеркало. 

Когда настала ночь, я постелил Мэйми на пол прекрасную постель, которая состояла из сена, моей куртки и тех подушек, на которых мы сидели, и попросил ее лечь спать. Сам же, я ушел курить в другую комнату, чтобы не напускать дыма. Сидел и слушал шум дождя и думал о том, сколько волнения переживает человек за всю свою жизнь. Наверное, я уснул, так как когда я открыл глаза, после моргания, то было уже очень светло, и передо мной стояла Мэйми. Она была очень красиво причесана, и все блистала чистотой и порядком. Ее глаза были такими яркими и счастливыми. 

рекомендуем технический центр

- Доброго утра, Джефф, - крикнула она мне, - как же я голодна. Так бы и съела я…

Я внимательно на нее посмотрел. Улыбка сразу пропала с ее лица, и она посмотрела на меня как на врага. Я громко захохотал. Вообще по жизни я люблю смеяться, и бывают пределы, когда я просто не могу остановиться. Здесь же я себя сдержал. Насмеявшись от души, я посмотрел на Мэйми. Она сидела отвернутая от меня и была полна гордости. 

- Не злитесь. Вы просто…Вы так смешно причесаны, что я не смог сдержать себя и рассмеялся. Видели бы вы это, - оправдывался я. 

- Не нужно мне рассказывать сказки, - сказала Мэйми со строгостью, - все у меня хорошо с прической. Я знаю и уверенна в том, над чем вы смеялись. Джеф, вы видели? Взгляните!

Я открыл деревянное окно и посмотрел туда, куда указывала Мэйми. Дело было следующее. Все вокруг было затоплено. Лишь бугор, на котором распологался домик оставался единственным местом с виднеющейся сушей. И дождь все продолжал лить. Ехать было некуда, нам нужно было ждать пока все пройдет. И на большее мы не были способны.

рекомендуем технический центр 

Должен сказать то, что этот день отличался от предыдущего. Он выделялся какой-то вялостью, и мы почти не разговаривали. Я понимал, что Мэйми опять сделала какие-то выводы, и что они не очень положительные. Но сейчас мне было не до этого. Я был полностью погружен в свой мир. В свой выдуманный мир, о котором я так мечтал. Передо мной стоял официант. Я делал ему заказ. При этом я сам с собой решал то, насколько будут оригинальными блюда. Я добавлял вместо 4 яиц в блюдо 9, так как я был настолько голоден, что мне казалось, я мог съесть десять завтраков за один раз. Не знаю, бывают ли такие мечтания у голодного человека, но у меня такое было. Я ел самые вкусные бифштексы, я поглощал тоннами жареные яйца, всмятку, вкрутую, омлет. Я рассуждал между собою, какой я буду есть омлет. Либо я добавлю грибов, либо какой-то соус. Что касается Мэйми, то она сидела напротив меня и о чем-то думала. Я постоянно засовывал свои руки в карман, в надеждах найти там хоть какой-то кусок еды. Пусть бы это была даже сухая крупа.

Прошло время. Настал второй вечер. Я смотрел на Мэйми и понимал – она голодна. Может быть, для нее это было впервые в жизни. Она была похожа на маленькую девочку, которая проходила мимо какой-то будки со сладостями. Ее взгляд был как раз таким. Может быть, она была голодна впервые. За всю свою жизнь. 

Было приблизительно одиннадцать часов. Мы сидели побитом дождем домике. Я вспоминал детство, когда я с радостью поедал бисквит и прочие сладости. Потом я ел яблоки и углубился в ветчину. 

рекомендуем технический центр

Поговаривают, что когда человек умирает, перед его глазами проплывает вся жизнь. Когда ты голоден, то у тебя появляются странные галлюцинации. Ты везде видишь еду. И если можно было записать предсмертные слова голодавших в единую книгу, то это получилась бы, наверное, самая кулинарная книга, которую раскупили бы во всех странах мира. Скорее всего, это и послужило тем, что моя крыша не спеша рухнула, и я начал нести абсолютный бред. И поэтому я сказал:

- Официант, нарежьте толще и немного поджарьте. Да гренок с яйцами сделайте.

Мэйми резко посмотрела на меня. Ее глаза сияли как глаза собаки увидавшей кусок мяса, после долгого отсутствия еды. Она улыбнулась. 

- А мне, пожалуйста, средней прожарки, - быстро затараторила она, - и картошечки мне и три яйца, пожалуйста. Джефф, классно было бы, да? А еще я бы заказала цыпленка с рисом, и…

- Стой! Как? – перебил я ее заказ. – А как же пирог? Как же пирог с курицей? А жареный барашек. Да молодой такой.

- Уххх, - дрожала Мэйми, - да еще и соус мятный. И салат можно. И клубнику, эх…

- Да, да. Продолжай, но не забудь о жареной тыкве, о пончиках…

И так мы общались. Мы в течение десяти минут так и общались, на кулинарные темы. Мэйми была очень подкована, и она говорила мне множество неизвестных мне ранее названий. От всего этого я все более и более хотел есть. Меня просто раздирало на части от этого. Было такое ощущение, что Мэйми уже не смотрит на мужчин как на поедателей пищи. Мне казалось, она изменила свое мнение. И теперь она смотрела на меня по-другому. 

Наступило утро. Мы посмотрели в окно, и увидели, что дождь стих. Я быстро запряг лошадей и мы двинулись в путь. Как оказалось, мы ошиблись лишь немного и уже через два часа я и Мэйми прибыли в Оклахому. Первое, что я и она увидели, это был ресторан. Мы как голодные звери бросились на свою добычу. Мы сидели за столом и держали в руках вилки и ножи. Я смотрел на Мэйми и улыбался. Она была голодная и милая. 

Ресторан был прекрасным. Он недавно открылся и подошедший к нам официант попал в замешательство. А попал из-за того, что мы много заказали. Я так долго перечислял название блюд, которые нам нужны, что он стоял и записывал и постоянно смотрел на мой вагончик в ожидании того, когда оттуда вылезут остальные. Но остальных не было. Мы были всеми этими голодными людьми, для которых был устроен этот пир. Я смотрел на Мэйми, она так же улыбалась и была очень голодна. Она смотрела на стол так, как мальчик смотрит на свой первый подарок. Затем она посмотрела на меня и заплакала. Официант быстро удалился за пополнением наших заказов. 

рекомендуем технический центр

- Джефф, - сказала она очень нежно, - я была дурочкой. Я не понимала ничего. Я не могла быть в вашем теле. Вы такие сильные, вы постоянно работаете, и поэтому вы голодные, да? Вы всегда голодные, и так каждый день? Правда? И еще, Джефф. Я хотела бы, что бы ты каждый день сидел напротив меня и ел со мной.  А теперь я хочу чего то съесть, и побольше. Передайте мне, пожалуйста, чего-то.

- Как я и говорил ранее, - завершал свой рассказ Джефф Питерс, - женщина не постоянно. Она просто обязана, хотя и не понятно кому, менять свою точку зрения, хотя бы дважды. Им надоедает однотипность. Они могут смотреть на мыло, но в конечном итоге оно им надоест и захочется чего-то нового. И в итоге если и не сменят мыло, то купят другой запах его. И что от вас зависит это то, что вам нужно понимать их. Им нужно немного разнообразия, нужно немного путешествий и отдыха. И выполнение этих незначительных пунктиков, я вас уверяю, во многом решат все ваши споры и постоянные претензии с их стороны. По сути, если так посмотреть, то им многого и не нужно. Стабильность они любят, но до поры до времени. Отвезите ее отдохнуть или еще куда. Дайте ей новую швейную машинку, либо же купите какое-то украшение, и этого заряда ей хватит на долгое время. Так вы и себе нервы побережете, и меньше скандалить будете. Всего-то немного, и я вас уверяю, все будет так просто, что вам покажется это странным.

рекомендуем технический центр