ОТ СКОРБИ ПРОИСХОДИТ ТЕРПЕНИЕ. 23

 

Приезжал Михаил Рубцов. Попросил мои книги для Юрия Лисенкова. Говорит, что он человек читающий. У Михаила предложение — чтобы я написал книгу об отце Нектарии. Дело непростое, но я предварительно согласился. При условии достойного бюджета этой работы.

После обеда в городской администрации В.Г. Цветкову вручили пре­мию Нижнего Новгорода за книгу «Мялики — городошная династия». В ответном слове Владимир Георгиевич разволновался, скомкал выступле­ние.

Звонил Володя Шемшученко. Прознал про семинар молодых. Хотел тоже приехать, но я объяснил условия, и интерес у него поубавился.

Вечером позвонил А.А. Парпара. Он передал текст нашей беседы в «Общеписательскую литературную газету». Там хотят его опубликовать в полном объёме за несколько подач. Я дал согласие.

Дня два назад утром шёл через Канавинский мост и дивился, сколь­ко уток плавает вдоль берега острова. Стал считать. После пятидесяти сбился. И ведь не похоже, чтобы прилетели. Значит, здесь высидели этих птенцов, вырастили, но так незаметно, что вот только сейчас окрепших вывели на воду почти днём. (А одна стайка даже не спеша переплывала рукав Оки). В этот же вечер видел группку уток, летающую над остро­вом. Осень! Всё меняется, всё готовится к иной жизни.

Когда шли с Цветковым через Кремль (после награждения), поразился чистотой воздуха. Лесные дали, как через увеличительное стекло — ярко, контрастно — видны до самого далёкого горизонта. Дома на Бору, зо­лотые маковки церквей — всё чисто, контурно, живописно. Удивитель­ное время. Проходя по Канавинскому мосту домой, ахнул. Одно дерево уже жёлтое. Как костёр среди зелени американских клёнов. И верхушки больших ив позолотило — словно лёгкой дымкой.

Прошло лето. Прошло, и как-то тоскливо от этого на душе. Чего ждать впереди?

7     сентября. Волга

Николай Емельянович Бондаренко — сторож на лодочной станции (и певец, поэт, многолетний подписчик нашего журнала) пригласил на прогулку по Волге на катере и на шашлыки. Поехал с Ириной и В.Г. Цветковым. После двух дождливых дней и сегодня небо ещё было затя­нуто тучами, но к обеду распогодилось, потеплело.

На катере, переделанном из небольшой яхты, вышли из Гребного ка­нала, прошли вверх по Волге до Стеклозавода и по протоке спустились к Моховым горам. На берегу сходили к памятнику М. Горькому и Ф. Шаля­пину. В прошлом году мы были с Ириной на его открытии. Но, подплыв к нему по реке, испытали совсем другие чувства.

Когда вернулись на правый берег, там уже собралась компания — друзья и близкие Николая Емельяновича — певец из нашего оперного театра Карташов, балалаечник (виртуоз) Иосиф (еврейская фамилия — Штиллер, заслуженный артист России). На салфетке он мне написал свой телефон: «89101013477. Иосиф. Балалайка». Доброе получилось засто­лье. С песнями, воспоминаниями, разговорами о литературе. Разъеха­лись вечером, в девятом часу. Тут позвонил вернувшийся с Московской книжной ярмарки о.В. Чугунов. Возбуждён, много новостей, впечатле­ний, планов... Это хорошо, такие встряски нам нужны, чтобы не заки­сали в привычных болотах повседневных забот.

Был у о. Влвдимира разговор с Владимиром Крупиным. Тот сказал: «Зря Валера Сдобняков ругается с Шамшуриным». Отец Владимир дал ему свои разъяснения.

Много в этот день фотографировались. Рад, что всё понравилось Ири­не. Ей нужны положительные эмоции.

9 сентября

Виктор Тырданов принёс в Союз писателей на пробу краску. Нанесли её на часть стены в зале. Всё сразу преображается. Только я с тоской по­думал — а ведь, кроме меня, никто красить стены не будет.

А.А. Абрашкин принёс свой ответ на ругань его стихотворения в № 8 «Нового мира» за этот год (обзор прессы, где прошлись по его подборке стихов «Мы — русские» опубликованной в 38-м выпуске «Вертикали. XXI век») — спокойный, аргументированный, серьёзный. Одним словом — акаде­мичный. В «Вертикали» его обязательно опубликуем, но я посоветовал отослать текст и в другие издания (литературные газеты, которых всего три).

Зашёл А.В. Мюрисеп. Так и просидели до позднего вечера.

10    сентября

Чугунова пригласили на книжную выставку во Франкфурт-на-Майне за «государев счёт». Это удача. о. Владимиру нужно представлять свои книги шире, а там может появиться шанс завязаться с переводчиками.

Оказывается, наши книги «Солнышко — всем» и «Заветное слово» взя­ли для перевода и издания сербы. Будем ждать — что из этого выйдет.

11    сентября

Правление в Союзе писателей. Самый живой вопрос — ремонт зала. Вроде бы договорились делать сообща. Но уверен — всё останется на уровне разговора.

12    сентября

Заседание в правительстве области комиссии по патриотическому воспитанию. Конечно — всё это дело пустое. Хотя собираются люди, ко­торые делают и нужное дело. Архивисты проводят встречи с учителями, показывают им документы, рассказывают подлинную историю страны. Есть у нас и общество, которое учит детей морскому делу, ходить под парусом. Один из ветеранов рассказал, как их общество противостоит фальсификации отечественной истории. Крохи! Но делают то, что по силам.

Я не выдержал и высказал своё мнение. Огромные средства вкла­дываются нашими ненавистниками (и вне страны, и внутри) в ложь и клевету. Противостоят же этому несметному натиску одиночки-энту­зиасты. Это всё равно, что на ракету бросаться с палкой (наоборот, от ракеты межконтинентальной отбиваться палкой). Нет этим энтузиастам помощи ни от государства, ни от местных властей. И те деньги, что вы­деляются на подобную деятельность — все тратятся (расхищаются) на всякую ерунду и мишуру, чаще всего идут опять же на борьбу с русской (подлинной, героической) историей. Думаю, именно такие мои высту­пления утвердили заместителей губернатора (а это они все эти советы и комиссии возглавляют, проводят их заседания), что я человек не их круга, не соблюдающий общих негласных правил.

Приходил А.М. Коломиец, устроил застолье. Сидели вдвоём. Алексей Маркович принёс окончательный вариант своей книги переводов Ро­берта Бернса для издания в «Вертикали. XXI век».

13    сентября

 

С А.В. Мюрисепом посмотрели прогон спектакля «Леса» А.Н. Остров­ского в театре «Комедия». Всё превращается в шоу, берётся пример с плохих телевизионных развлекаловок — с пошлостью, похабными намё­ками. Александр Васильевич заметил — актёры не поняли пьесы. И ведь неплохой состав. Интересен Несчастливцев. Неплохо сыграна встреча странствующих актёров в лесу. И технически она оформлена интересно (с горящим костром, дымком; котелком над пламенем), и актёрами пере­жита.